17:56 

О странностях... Ч. 3

Victorialiya
Счастлив живущий в эпоху перемен.
Название: О странностях любви или О том, как Хироки Камидзё приобрёл ещё одну дурную привычку
Версия 12.09
Автор: Victorialiya
Гамма: vates
Жанр: ангст, романтика.
Присутствует POV Хироки
Персонажи. Пары: Акихико/Такахиро, Новаки/Хироки.
Категория/Рейтинг: NC-17, Яой.
Статус: Закончен. Ч. 3 из 3-х.
Размер: Миди
Содержание: Действие происходит после сцены в манге, когда Хироки встречает Акихико в кафе напротив цветочного магазина, где работает Новаки. Хиро-сан приходит домой и вспоминает, как он впервые прочёл яойную книжку Усами-сенсея.
Предупреждение: Автор, в отличие от одного из персонажей, профессиональным писателем не является. AU, ООС.
Дисклеймер: Персонажи принадлежат автору манги Сюнгину Накамуре.
От автора: Фик немного выходит за пределы атмосферы «Чистой романтики». Можно было бы добавить, что присутствует «психология» или «философия». В частности, разговор о свободе между Акихико и Хироки, а также экзистенциальные грузы Хиро-сана в самом конце. Подобное заявление автора можно также расценить как понт, мы не обидчивы)
Сначала планировалось просто написать о том, как Хироки читает яойную книжку, и что он об этом думает. Потом фик оброс в начале и в конце, превратившись в то, что он сейчас из себя представляет. Вся нц-а присутствует в истории про Аикихико и Такахиро, там автор старался изобразить некое подобие любовных новелл.
Часть 1
Часть 2
Часть 3

Они медленно шли по ночному лесу. Далёкий маяк пансиона указывал юношам путь. Ночь была звёздной и тёплой. Тени деревьев загадочно переплетались, расстилая вокруг своё кружево. Дул лёгкий весенний ветерок. Влажный запах прошлогодней листвы обнимал поляны и чащи прозрачным туманом. Тихо шуршали мышки, прыгая где-то внизу, совсем рядом.

Ранняя весна.
Веток хруст под ногами.
Двое в сумерках.

Поэтика случайного хайку, жестокая ироничная романтика. Акихико молчал, опустив голову. Шаги любимого разрывали ему сердце. Далёким эхом слышались звуки гитары и девичий смех. Наверное, стоило возвратиться к костру и чуть позже повторить одиночную попытку к бегству.
- Знаешь, а я расстался со своей подружкой, - как бы невзначай произнёс Такахиро.
Тот усмехнулся.
- Ещё бы, ради такой-то красотки!
- Так вот в чём дело! Ты дуешься на меня за то, что я обидел Нану? Она говорила с тобой?
- А должна была? Не удивительно, что она не приехала, - парень саркастически хмыкнул.
- Ты понимаешь, я не могу встречаться с ней…
- Это твоё личное дело, - перебил Акихико. - Не хочу ничего об этом слышать!
Хотелось как можно скорее закончить разговор. Всё было уже решено, и песочные часы жизни почти готовы были перевернуться, начиная новую веху. Связь между ними невозможна, так зачем же мучить себя звуками этого голоса, проникающего в самое сердце, близостью этого тела, к которому всё ещё так нестерпимо хочется прикоснуться.
- Ну, ты что, всерьёз разобиделся? – не отставал Такахиро, ему было невдомёк, что творится сейчас в душе друга.
- На что? Это же не моё дело!
- Как раз твоё! Это из-за тебя я расстался с Наной!
- Да? А я тут при чём? Чем я помешал вам? – удивился тот, что за странные претензии? Зачем?
- Я люблю тебя!
Эти слова молнией пронзили сердце…»

Чего? Я остановился и ещё раз перечитал строчку. Ничего ж себе! Автор быстр … Вон как разбежался! Мало ему сцен соблазнения, хочется всё и сразу. Ненатурально получается как-то. Ну и ладно. В самом деле, чего я требую от бойз-лав истории?

«…. - Что за чушь! Не смей бросаться словами! – возразил он, не поворачиваясь к собеседнику.
- Я всерьёз, - Такахиро было сделал шаг ближе, но, испугавшись сам себя, отступил.
- Что за бред! Чего тебе от меня надо? - захотелось максимально подчеркнуть грубость, небрежность, будто его это возмутило без всяких там нежных чувств.
- Это не бред! – возразил юноша.
- Нет, прекрати! Это слишком! - Акихико остановился, пропустив его вперёд.
Тот тоже остановился и развернулся, преградив дорогу.
- Почему? – недоумевал он. - Разве не этого ты хотел?
- Это жестоко! Зачем издеваться надо мною?
- Я не издеваюсь, - Такахиро смущённо потупил глаза. - Я ещё никому такого не говорил, это правда!
- Пойми, для меня это не был эксперимент в погоне за удовольствиями! Прости, - Акихико низко поклонился. - Пожалуйста, извини меня за те случаи в классе у меня дома. Я бесконечно виноват перед тобой. Пожалуйста, забудь это всё, словно сон. Просто забудь! Пожалуйста, прости, если сможешь!
- Забудь? Как я могу забыть это?!!
- Я - подлец. Я сильно сожалею, что оскорбил тебя! – продолжал он, не поднимая головы, - Сделавший такое достоин наихудшего наказания, но поверь, свою расплату я уже получил. Обидеть тебя, моё самое дорогое… Никогда не прощу себе этого!
- Ты чего? Я не сержусь, я же люблю тебя!
Акихико выпрямился и отскочил, как ошпаренный.
- Да что ты заладил! Это какая-то злая шутка! Эй, пацаны, выходите! Где вы? – он провёл руками по ближайшим кустам и стал оглядываться в разные стороны, выискивая наблюдателей. Потом, остановился и вздохнул. - Я сдаюсь! Выходите! Было очень смешно!
Такахиро молча смотрел на него.
- Если тебе станет легче, сделай то, что задумал, - Акихико обречённо опустил голову. - Только, пожалуйста, не тяни!
- Да никого здесь нет, не придуривайся, - тихо и серьёзно попросил тот. - Разве ты не знаешь меня? Разве я могу так кого-то подставить?
- Я уже никому не верю и ничего не знаю! Уходи! Оставь меня в покое!
Такахиро стоял.
- Уходи! Пошёл прочь! – Акихико замахнулся и сжал руку в кулак.
- Если хочешь, ударь меня. Я никому не скажу и не буду сопротивляться, - набравшись смелости, он посмотрел другу прямо в глаза. Два синих озера задрожали в ответ, и даже сквозь сгущавшуюся пелену сумерек в их глубине была видна боль, которую забыть невозможно.
- Что тебе от меня нужно? - Акихико беспомощно опустил руки.
- Только ты.
Такахиро подошёл к нему совсем близко, схватил за плечи и пылко, но неумело поцеловал в губы. Акихико замер в полной растерянности. Это было так странно и трогательно. Неужели он бредит от количества выпитого саке?
- А как же Сумире? – только и смог спросить, едва любимый от него оторвался.
- Сумире? Это моя соседка, между нами ничего нет, и не было никогда.
Акихико обнял его и почувствовал на своём плече тихое хлюпанье носом.
- Ты чего? – удивился он. - Я сделал что-то не так?
- Всё так. Просто я… я счастлив…
- Тогда и я счастлив. Мой милый, мой искренний мальчик! Скажи, ты не снишься мне?
- Это не сон, - всхлипывал тот, не в силах сдерживать чувства.
- Люблю тебя, - и Акихико принялся целовать его щёки и глаза, слизывая тёплые солёные капли. Он касался губами его трепещущих губ, радостно принимая пока ещё неуверенную ответную нежность.


Две девчонки как раз в это время шли назад, в пансион, и услышали голоса. Может, заблудился кто-то? На фоне прогалины лесного неба они разглядели две мужские фигуры, сплетённые вместе.
- Мне почудился знакомый голос, - шепнула одна. - Неужели…
- Да нет, это не он! С кем ему целоваться?
- Ой, это два мальчика! – вчерашняя школьница чуть не вскрикнула.
- Тише ты! – цыкнула на неё вторая. - Хватит выдумывать.
- Да глаза разуй! – продолжала та уже еле слышно.
- Тебе показалось, яойщица малолетняя!
- Не показалось!
Девчонки, присев на корточки, осторожно подкрались ближе, чтобы разглядеть парочку.
- Обалдеть… Я сейчас в обморок упаду… - едва пролепетала одна подруге на ушко.
- Похоже на кофту Акихико... А второй – не пойму, но он точно парень… - прошептала вторая с замиранием сердца.
Так и не дав себя опознать, юноши повернулись к шпионкам спиной и, взявшись за руки, спешно удалились. Увлечённые своей любовью, они уже не в состоянии были замечать кого-либо.


Такахиро привёл друга в дальнюю свободную комнату гостиницы. Сын хозяина пансиона дал ключ нерешительному однокласснику, чтобы тот мог уединиться со своей девушкой. Но с Наной он порвал накануне, а заветный ключ так и остался в кармане.
- Мы не слишком торопимся? – спросил Акихико, когда тот закрыл комнату изнутри. - Ты уверен?
- Да, я хочу этого. Только не знаю, что делать... – честно признался Такахиро.
Чувствуя себя немного неловко, он снял рубашку, оставшись с голым торсом. Белизна стройного юношеского тела, плоская грудь и широкие плечи, подтянутый и немного впалый живот – да, он был действительно хорош, не зря Акихико отметил именно этого парня из многих.
- Ты уже был с кем-то? - он подошёл ближе.
- Нет, - парень отвернулся и покраснел, - но с Наной мы уже изучали друг друга. Везде…
Акихико смутился.
- Для меня твои поцелуи всегда будут желаннее любых девчонок! - спохватился Такахиро. - Ведь ты… особенный для меня…
И неуверенно потянулся к его лицу.
Акихико перехватил его губы. Опустился к шее и ключицам, страстно одаривая их поцелуями. Парень вздрогнул и запрокинул голову. Одно он помнил точно: в гостинице шуметь нельзя. Акихико снял с себя кофту, чтобы почувствовать его кожу. Прикосновения рук и близость желанного тела сводили с ума.
Они переместились на футон. Ласки спускались всё ниже и ниже. Такахиро отвечал ему, ловя возбуждённое дыхание. Он вздрагивал от звуков собственного имени, утопая пальцами в светлых волосах, гладя лицо, на которое стеснялся смотреть в столь интимные минуты.
Наконец, Акихико расстегнул ширинку.
- Нет! – Такахиро смущённо схватился за пояс. - Сначала ты...
- Ну, ладно, - тот снял брюки, оставшись в одном белье, и вернулся к своему возлюбленному.
Нежно и уверенно он раздел своего мальчика полностью. Затем, облизав губы, наклонился к нему. Такахиро тихо застонал, стараясь сдерживаться. Руки ласкали его подрагивающие бёдра и нежную кожу промежности, пока не нащупали пальцами тугое колечко.
- Перестань! – зашептал Такахиро и слегка приподнялся, опираясь на локти. - Там же грязно!
- В человеческом теле нет ничего грязного, ты же не возражаешь, когда я облизываю твой член…
Такахиро зажмурился.
- Пожалуйста, не произноси пошлости!
- Хорошо. Я просто хочу, чтобы ты почувствовал меня…
Акихико мгновенно оказался над ним, и в живот Такахиро уткнулось нечто твёрдое. От этого ощущения и неприличных мыслей, кружится голова, а тело снова и снова обдаёт волнующим жаром. Опираясь на одну руку, Акихико совершал плавные движения, осторожно сжимая пальцами упругую плоть, свою и своего возлюбленного. Горячая неудержимость желания игривой змеёй скользила и тёрлась вдоль и вокруг. Кажется, ещё немного, и рассудок навсегда покинет эту комнату. Совсем затуманенные наслаждением полуприкрытые глаза Такахиро уже бесстыдно наблюдают за происходящим.
Акихико перемещается ниже. Осторожные пальцы опять прикоснулись к заветному месту. Но теперь разомлевший любовник согласен на всё. Такахиро вздрогнул. Было немного больно, но он постарался расслабиться, полностью доверяя рукам, которые уже принесли ему столько удовольствия. Губы склоняются к самому паху и целуют нежную кожу. Ласкают отзывчивое тело, распаляя ровно настолько, чтобы не доводить до конца, и при этом хотелось просить продолжения. Такахиро уже не понимает, хорошо ему или плохо, всё ощущения перемешались. Кажется, эта близость снимает с него всю ответственность, все запреты …
- Я постараюсь быть самым нежным, - прошептал Акихико.
Странно делать такое с парнем... Нет, для Такахиро всё сегодня впервые... Сначала было неприятно и страшно. Казалось, его тело вот-вот разорвёт изнутри. Хочется вскрикнуть, но нельзя – пришлось закрыть рот ладонью. Он закусил губу, нужно было терпеть хотя бы потому, что его любимому, должно быть, сейчас было очень хорошо.
Постепенно с лёгкой тянущей болью внутрь проникало доселе неведомое пьянящее чувство. Движения медленны и ритмичны, словно в лодке двое плывут по огромному озеру. После очередной захлестнувшей волны, Такахиро подался навстречу, как бы прося завершения своих сладострастных мучений. Ещё несколько минут, и юноша притянул Акихико к себе, крепко обхватывая бёдрами. «Пожалуйста! – мысленно шептал он. - Пожалуйста, ещё! Только не останавливайся! Проникай в меня глубже, разорви меня! Я на всё согласен! Ещё немножечко! Ну, пожалуйста!» Любовник ускорил темп, крепко сжимая парня в объятиях. Боясь ненароком оцарапать его, Такахиро впивается в кожу подушечками пальцев. Он уже не в силах сдерживаться. Приглушённо всхлипнул, прижался что есть силы, зажмурился, и Акихико почувствовал на своём животе горячую вязкую жидкость. Мощное биение пульса внутри заставило остановиться, но и этого было достаточно. Акихико вскоре опустился к нему на грудь. «Я люблю тебя, Такахиро! Я так сильно люблю тебя!»
Расслабленный и опьянённый, он рассеянно смотрел на бумажный плафон люстры, висевшей над ними. Высоко вздымалась грудь, наполняя с каждым глубоким вдохом живительным кислородом всё естество, будто бы они ныряли сейчас в глубины моря за жемчугом. В каком-то смысле так оно и было. Белые капельки всё ещё поблескивали на обнажённых телах…»


«Извращенец! – воскликнул я, - совсем умом тронулся! «Разорви меня, я на всё согласен?» Ага, как же! Это ж надо было такое выдумать!»
Но рука моя снова находилась за поясом. И не просто находилась, я сам не заметил, как «нырял за жемчугом» вместе с героями книги.
Нет, ну надо же! Какая досада! Он что, не мог написать, как все нормальные люди? «Предались своей страсти» или «всю ночь наслаждались друг другом», или ещё что-нибудь в этом духе. А там уж каждая домохозяйка додумает, если захочет, как именно он там предавались. Обязательно было описывать всё так подробно? А где же пресловутая японская недосказанность? Идиотство…
Пока я сокрушался, приятная расслабляющая истома теплом разливалась по всему моему телу.
Пришлось снова идти в ванную. Не ожидал от себя такой прыти. А главное, из-за чего? Глупая книжонка, которую после прочтения в туалете или вагоне поезда, там же на гвоздике и оставляют! Это ужасно. Немыслимо. У меня шок. Электрошок. 110, а потом 220! Так думал я, разглядывая своё бледное лицо в зеркале. Надо что-то менять… Но менять ничего не хотелось.
Я не видел Акихико какое-то время и думал, что моя пагубная страсть прошла, но не тут-то было. Друзья детства могут испытывать между собой нежные братские чувства. Почему бы и нет? «А вот нет, не в моём случае! Сеанс чтения всяких подленьких книжечек это доказывает, - дискутировал я сам с собой. - Я всё ещё люблю его. Моё сердце замирает при звуках его голоса...»
- Ха! Да это же акихикозависимость!
- Нет, я просто рад видеть старого друга. Любовь – это не зависимость! Я взрослый самостоятельный человек!
- Так рад, что сразу начал вилять хвостом!
- При чём тут хвост? Я-то знаю, что есть ещё кое-что, чего Акихико и не думает замечать. Оно идёт от чистого сердца. Это не честно!
– А честно надругаться над старым другом, дважды подрочив на него и его повесть одновременно? – возражал мне внутренний голос. - Или скажешь, читая серьёзные его произведения, ты никогда не выдумывал у себя в голове всякий фанфикшен? А, отаку-фанат-извращенец?
- Нет! Никогда! Я уважаю чужое творчество.
- Ещё скажи, что ты до того никогда не занимался онанизмом!
- А разве есть такие люди? – настойчиво оправдывался я.
- Наверняка есть.
- Откуда ты знаешь? По теории вероятности?
- Всё-то тебе необходимо опошлить! Разве в этом суть?
Вопрос был, конечно, не в том, чтобы найти и распять какого-нибудь местного юродивого, наивно полагающего себя невиновным.

Книжку я дочитал, благо совсем немного осталось. Хеппи энд: Акихико и Такахиро договорились встречаться, однако ни их друзья, ни родственники не знают об этом. И о какой любви до гроба можно говорить в восемнадцать лет? Ребята ничего не понимают сами, гонят пафос о чувствах и хотят безопасного секса. Только одна отвергнутая девушка возносит к небесам законный вопрос «Почему?» И когда Акихико успел снять трусы, позвольте спросить? Что-то я не заметил. А главное, так всё просто и радужно – мальчики-зайчики любят друг друга, и мир улыбается им. Какая-то амурная бессознательность! Такахиро и в реальной жизни не гений сообразительности, но в повести Акикавы Яёя он мучается от страха перед неизвестным, а совсем не от аморальности своего поведения. Да уж, да уж. Влюблённые не ведают проблем, счастливые часов не наблюдают!
В то время я ханжой себя не считал, скорее типом со странностями. «Всё, что естественно, то прилично? Но разве человек – это естественное природное существо? Стоит взглянуть на его деятельность, и с таким утверждением запросто можно поспорить. Я сидел и думал, зачем на нас вываливают каждый день тонны противоречивой информации. Разве можно прививать такое в доверчивый неокрепший мозг? Человек из девятнадцатого столетия в двадцатом веке наверняка сошёл бы с ума за неделю». – «Не надо тешить себя иллюзиями. Оглянись вокруг: фильмы ужасов в прайм тайм, кровавые видеоигры и сексуальность на грани порнографии. Ты тоже включён в циничную борьбу за место под солнцем. Это твой мир. Нравится или нет, по крайней мере, ты ко всему здесь приспособился и привык. И ты не собираешься со всем этим расставаться». – «Может быть, я постарел?» - Может, у тебя шизофрения? Ты говоришь сам с собой». – «Кто? Я?» – «А, ну да… - я снова дискутировал с предполагаемым собеседником, пытаясь разобраться в себе и превратить в шутку то, что выбивало меня из наезженной колеи мировоззрения. - Приятно поговорить с умным человеком». – «Как я тебя понимаю! Поневоле задумаешься, то ли отстал ты от жизни, то ли намного опередил её».


Когда я заснул, мне приснился Акихико. Он был маленький, как нецке. Он проник ко мне в голову и начал там расти, и рос, пока не занял всё моё тело. Сначала мне стало от этого хорошо, потому что мы были едины. Но потом я подумал, что я уже вовсе не я. Я – это Акихико. Я-Акихико оделся и вышел на улицу. Там было удивительно много народу, словно на оживлённом летнем фестивале или в метро в час пик. Все люди выглядели совершенно обычно, только вот их глаза… От старика до ребёнка, не важно, женщина или мужчина, в каждом поселился этот самоуверенный холодный взгляд. Еле заметная серая тень Акихико присутствовала везде. И мне стало страшно. Я понял, что могу всего лишь смотреть из бойниц моего оккупированного мозга, а телом моим управляет кто-то другой. Как будто в фильме «Быть Джоном Малковичем», только наоборот. Вместо марионетки-Малковича был я, были все. Абсолютно все, даже пробегавшая мимо собака. Очень странно. Зловещая, обыденная суета. На мгновение стало удивительно тихо, будто бы я оглох. Люди задевали меня сумками и плечами, а я не мог ничего с этим поделать. Стало холодно, и посреди расплывчатого самоощущения я вдруг потерял биение собственного сердца…
Звонок будильника спас меня. Сегодня воскресенье, я мог бы его не включать. В панике подскочил к зеркалу - там по-прежнему был знакомый до боли, слегка припухший от алкоголя и сна тип с фотографии в моём паспорте. И никаких посторонних. Вздохнул с облегчением.
Потом я не раз ещё вспоминал этот сон. Разгадывал, что бы он мог значить. Неужели моя размеренная-расписанная жизнь выходит из-под контроля?

***

Хироки вздохнул и потёр усталые веки. Время шло. Все телефонные аппараты предательски молчали. Он включил компьютер и проверил электронную почту. Из писем – только спам. Тогда пересмотрел старые входящие. Там были послания и от Акихико: бесцеремонные просьбы о всяких пустяках, несколько душевных излияний и тёплые приветы из заграничных поездок.
«А потом я приобрёл второй роман Акикавы Яёя, - вспомнил Хиро. - Не Акихико меня осуждать. Кто знает, чем занимается по вечерам одинокий мужчина в огромном городе? Кому какое до этого дело? Это слишком интимный вопрос, тем более, вреда никому я не причиняю. А с самим собой мы как-нибудь договоримся…
С тех пор у меня был свой собственный Акихико, и мы делали с ним всё, что угодно. Пусть призрак, но он хранил слабую надежду, что настоящий Акихико однажды смириться с безответностью своих чувств, и судьба даст мне шанс на счастье. Каким же я тогда был наивным!»
Он открыл случайное письмо с присоединёнными фотографиями. Усами-первокурсник с отцом и его деловыми партнёрами где-то на лазурном побережье. Японцы улыбаются, европейцы говорят «сыр», один Акихико словно не от мира сего. Он подтянутый и загорелый, словно с обложки журнала, но глаза тоскливые, как у бездомной собаки, и улыбка немного грустная получилась. Внизу была подпись:
«Ненавижу фальшивую жизнь! Моя пытка скоро закончится. Передаю горячий привет из Франции. Очень скучаю по моему настоящему Хироки».
Это была последняя семейная поездка Акихико. Осенью он уже съехал из родного дома и начал самостоятельную жизнь.
«Как хорошо, что Акихико до сих пор не предлагал мне оценить одно из своих яойных творений, - Хиро-сан закрыл фотографии и вышел из программы. - В самом деле, чего я испугался? Акихико всегда думал обо мне немного лучше, чем я есть. Поэтому просто не мог шокировать мой тонкий литературный вкус такой жестью. И всё-таки он очень мил, мой старый школьный товарищ».
Он понимал, что слишком много внимания уделяет проблеме. Утро вечера мудренее. Подумаешь, встретил приятеля? Они же не целовались, не из-за чего Новаки переживать. Акихико? Эгоист, конечно, но со своими представлениями о чести и справедливости. Он по-своему любит Хироки и с удовольствием затащил бы его насильно в рай, если бы придумал, как и чем осчастливить. В любом случае, всё, что мог, Хиро-сан уже сделал. В мире существует огромное количество более серьёзных вопросов и бед. Но отвлечься не получается, разогретая машина сознания обычно долго ещё работает по инерции. Как ни старался, думать ни о чём другом он не мог.
«Каждый из нас немного лошадь. Я обвиняю Акихико, а сам чем лучше? Больше всего мы ненавидим в других свои недостатки. Человек есть мера всех вещей: существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют. Преобразовывая мир, мы создаём и потребляем друг друга. Любовь? Это привычка, биологический инстинкт, влекущий паразита к донору. Выходит, объективно лишь то, что все субъективны? Парадокс? Поэтому Новаки молчит. Потому он и спрашивает, не надоел ли он мне, не притворяюсь ли я. Проверяет, крепко ли я присосался, можно ли меня дальше вампирить в ответ. Довольно бросаться громкими словами! Почему не принято говорить, «хочу, чтобы мои проблемы решил кто-то другой»? Или «Отдамся в хорошие руки. Неприхотлив». Что за дурацкий гуманизм-формализм, сопливые сказки! Человек рождается и умирает один, а для жизни ему нужны другие люди. Мы с Новаки – две пиявки, присосавшиеся друг к дружке. Может, шут с ним. Может, Акихико и прав, главная категория «субъективная свобода», а я застрял в красивых иллюзиях? - всё логично, но как-то грустно получается, суровая проза без тени романтики. Он вздохнул, уж очень не хотелось расставаться со сказкой, а пьянящий дурман рассеивался, на глазах превращаясь в суровое похмелье. Хиро-сан жёстко анализировал себя: - Теперь, вкусив человеческого тепла, мне будет трудно от него отказаться и перейти назад, на автономное питание. Все мы воротим по-своему, как кто понимает этот мир. Каждый человек эгоист по природе, ребёнок, которого необходимо постоянно держать в «нельзя» и «надо», для его же собственной безопасности. Новаки появился из ниоткуда, чтобы вернуть меня к реальности, к жизни. Теперь, когда дело сделано, мавр может уходить... Он покинет меня, и я снова останусь один, - Хироки вдруг почувствовал себя ничтожным гномиком посреди враждебных каменных джунглей, только теперь он знал, что это всего лишь игры эмоций. Инерция потребителя - привычка, которую нужно побороть, чтобы очистить сознание. Чистота. Сознание. Дао. Его вдруг охватил панический страх: - Как же мне быть, я уже отвык жить в одиночку. Что же мне делать? Неужели это и есть мой мир?.. Нет, я не согласен! Я кто угодно, только не паразит! Ладно уж, заведу себе кота…»


Философствующее одиночество нарушил звонок в дверь. «Кто это может быть?» – удивился Хироки, видеть ему уже никого не хотелось.
На пороге стоял Новаки с целлофановым пакетом в руках. Хозяин воспринял его появление без энтузиазма, нехотя взял сумки.
- Я купил полуфабрикатов. Ты уже ужинал? – как обычно спросил Новаки.
- У тебя же есть ключ. Почему ты им не воспользовался? – недовольный Хиро-сан вернулся за стол и вывел компьютер из спящего режима, чтоб изобразить сверхважную кипучую деятельность.
Новаки оставил рюкзак в прихожей и тихонько прошёл на кухню готовить ужин.
- Не хотел вас беспокоить внезапным появлением, - отозвался он.
Между комнатой и кухней малюсенькой японской квартирки был в буквальном смысле один шаг, и через порог хорошо было слышно друг друга.
- Мы с Акихико встретились случайно… - неуверенно начал Хироки.
Молодой человек на кухне молчал.
- Он хотел показать мне книгу…
- Оправдываться ни к чему, - перебил Новаки.
- Мда, наверно, не случайно, - вздохнул тот в ответ. - Это мой школьный друг, мы всё равно будем общаться. Между нами нет ничего большего. Я просто всегда буду к нему хорошо относиться.
- Ты не обязан отвечать. Я тебя ни о чём не спрашивал, - Новаки пытался говорить предельно безразлично.
Такое отношение ужасно бесило. Хотелось ругаться и оправдываться, но Хиро-сан прекрасно понимал, что, если сейчас вспылит, этот разговор с Новаки с большой вероятностью станет последним.
- Благодаря тебе я сильно изменился.
Никакой реакции. Новаки молча поставил стеклянную посудину в микроволновку.
- Веришь или нет, но ты для меня очень важен. И дело не в том, насколько я хорош в репетиторстве.
- Неужели? – не оборачиваясь, спросил тот, активно нашинковывая что-то ножом. Он уже построил целую вселенную, представив воплощение множества самых негативных ожиданий. Новаки улавливал полутона в повседневной жизни, и при этом отличался крайней подозрительностью. Хиро с самого начала он показался слишком самостоятельным, но это на поверхности, а внутри этот парень оставался очень ранимым и очень боялся фальшивости, шушуканий за спиной.
- Ты и сам это знаешь, - продолжил Хироки, опасаясь за каждое своё слово.
- Вы просто показали мне моё настоящее место, Хиро-сан, - Новаки держался, но веки его покраснели от накативших переживаний.
Хироки подошёл и обнял его.
- Твоё место здесь, рядом со мной, - сказал он, прислонившись щекой к широкой спине. Сегодня вечером он был готов услышать в ответ «Завтра я заберу свои вещи» и потому вид относительного спокойствия давался ему легко.
- Я поживу здесь ещё какое-то время, пока не зачислят в институт, - тихо произнёс его парень. - Если ты не хочешь – я сразу уйду…
- Я хочу! Пожалуйста, останься…
Новаки повернулся и взял в руки его лицо. Глаза в глаза. И Хироки увидел, что ему действительно не всё равно, будут ли они вместе. За этими двумя увеличенными зрачками скрывалось нечто большее, чем просто вампирство.
- Какой же ты всё-таки высокий… - засмеялся он, еле проглотив комок подступающих слёз.
Новаки улыбнулся, крепко прижал его к себе и прошептал:
- Я очень люблю тебя.
Утопая в родном тепле и запахе милого тела, Хироки подумал, что они долго не уснут этой ночью. Своими неистовыми ласками Новаки, как всегда, прогонит все его мрачные мысли, даст силы и вдохновения. А потом, словно кот, свернётся калачиком где-то под боком, и рано утром, когда весь город будет ещё спать, тихонько уйдёт по своим неведомым кошачьим делам.

@темы: Хироки, Акихико, "Фанфик", "Такахиро"

Комментарии
2011-10-10 в 12:28 

clempope
Вот честно,мне оч.понравилось,хотя я тоже не литератор и даже не филолог.Просто очень люблю это аниме и особенно Хироки.Ваш Хиро-сан мне ближе всего.потому как,его часто описывают или психопатом каким-то или наоборот шизофреником(т.е.то сосулбка,то демон)без всякого внутреннего размышлизма,и,разумеется,вовсю стараются перевоспитать.а мне он чаще всего напоминает весьма наивное и ранимое дитя.что для многих вообще странно.Так что большое спасибо за его "приоткрытый"внутренний мир. :white:

2011-10-12 в 19:05 

Victorialiya
Счастлив живущий в эпоху перемен.
clempope, спасибо))) Рада, что Вам понравилось))
Да, мой Хиро-сан и мне ближе) В фиках его, как и других персонажей, показывают зачастую немного односторнне.

"часто описывают или психопатом каким-то или наоборот шизофреником (т.е.то сосулбка, то демон) без всякого внутреннего размышлизма, и, разумеется, вовсю стараются перевоспитать.а мне он чаще всего напоминает весьма наивное и ранимое дитя.что для многих вообще странно".
Образ психопат-шизофреника порождён его реагентностью и некоторыми выходками в манге-аниме. Например, демон Камидзё в университете или то, как он съездил Новаки ногой по башке при встрече. Ржач, конечно, но полный бред. Однако у Накамуры Хиро не просто злобная истеричка, он может быть сдержанным, рассудительным и совершать весьма неслабые мужественные поступки.
Для меня Хиро-сан - как раз герой с глубокими внутренними переживаниями и размышлениями. С одной стороны он идеалист, наивный и впечатлительный, а с другой - "хорошо просвещённый оптимист". Ну и препод литературы в универе, пусть даже если он псих, как ни крути, не может быть примитивным. Так же, как и Усами Акихико. Не за лёгкие же любовные романчики меду старшеклассниками ему премии давали)

2011-10-13 в 19:04 

clempope
Не считаю его злобной истеричкой,скорее он просто весьма эммоциональный человек,но с детства приученный к жесткому самоконтролю,поэтому..НУ ...ИНОГДА ПРОРЫВАЕТ!!!!!!!А вообще,он действительно очень ми-и-илый и,кстати,весьма романтичный,и я думаю,что Новаки это видит,поэтому и любит именно таким,без всяких воспитательных эксцессов.

2011-10-14 в 17:57 

Victorialiya
Счастлив живущий в эпоху перемен.
"Не считаю его злобной истеричкой,скорее он просто весьма эммоциональный человек,но с детства приученный к жесткому самоконтролю,поэтому..НУ ...ИНОГДА ПРОРЫВАЕТ!!!!!!!А вообще,он действительно очень ми-и-илый и,кстати,весьма романтичный,и я думаю,что Новаки это видит,поэтому и любит именно таким,без всяких воспитательных эксцессов".

Согласна)
И распространённую тему необходимости его перевоспитания тоже не разделяю. Тем более, что тут они с Новаки оба "тянут одеяло на себя". Любовь (личную жизнь) и карьеру (работу) совместить непросто. Тут нет ни кухонного террориста с капустой, ни милого студента, который берёт на себя всю домашнюю работу. Но Хиро с Новаки как-то более-менее приспособились им хорошо вместе)

2011-10-17 в 14:50 

clempope
Я думаю,что их секрет в некой двойственности.С одной стороны,Камидзе-старше,он успешный специалист,образованный и неглупый человек,несколько суровый и оч.принципиальный на работе,но с другой стороны в их паре он все-таки более "ведомый",ну в некотором роде,действительно "невеста",с такими романтическими мечтами,и иной раз предпочитающий молчать о том,о чем боится говорить(помните эпизод в ванной во 2ом сезоне?"Я так боюсь(боится,что,Новаки охладел к нему),что не хочу его видеть").А Новаки,действительно,-тайфун,который неуклонно идет к своей цели.И цель его вполне определенна,и думаю,что,наверное,он более решительный человек,чем Хироки.Поэтому они в общем счете на равных.

2011-10-25 в 09:11 

clempope
А вот можно эту нетленку укрась у вас? :shuffle: :eyebrow:

2011-10-25 в 19:09 

Victorialiya
Счастлив живущий в эпоху перемен.
clempope, в смысле утащить куда-то ещё? Да, пожалуйста)) Даже польщена немного... :shy:
Помещайте на здоровье, только авторство указать не забудьте)

2011-10-25 в 20:27 

clempope
О!Спасибо!!!!!!!!!!!Ура! :white:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

~Junjou Romantica~\~Чистая романтика~

главная